Социальные проблемы, новости Подмосковья, культура, наука

Previous Entry Share Next Entry
Дети как бизнес: защитники семьи Дель готовят протест?
flojolet
Оригинал взят у antismith в Дети как бизнес: защитники семьи Дель готовят протест?

Умение зарабатывать и при этом сохранять реноме человека, который искренне, от чистого сердца заботится о своих близких, становится отчетливой приметой времени

Ян де Брай. Забота о сиротах. 1663

Защитники семьи Дель активно пытаются представить Светлану и Михаила как этаких альтруистов, по зову сердца взявших на воспитание большое количество больных детей. Однако и здесь, по мнению защитников, коварное и злое государство, не желающее само заботиться о сиротах, отняло у них детей. За всем этим многословием от взгляда общественности ускользнул ряд деталей, которые заставляют предположить, что дело обстоит не так однозначно, как пытаются представить экзальтированные защитники пострадавших от действий «опеки» и полиции. О том, что же в действительности происходит вокруг приемной семьи из Зеленограда и каковы перспективы дальнейшего развития ситуации, 3 февраля ИА REGNUM рассказала руководитель информационно-правозащитного центра «Иван Чай» Элина Жгутова.

REGNUM: Вас и Ирину Медведеву вдруг стали обвинять в том, что вы не отстояли семью Дель. Что, на Ваш взгляд, произошло в действительности?

Да, поднялась волна «благородного» возмущения», что «главные защитники детей» сдали свои позиции. Даже если бы нас действительно купили или запугали, как предполагают фейсбучные конспирологи, мы не смогли бы так повлиять на решение Департамента труда и социальной защиты населения города Москвы. Ведь именно он заключал договор опеки с семьей Дель. Мы могли только высказать свое мнение в виде рекомендации, что детей в семью возвращать не стоит до выяснения всех обстоятельств. Причем только опекунских, так как усыновленные дети в правах равнозначны родным, и удерживание их в приюте против воли матери — противозаконно. Но на тот момент в социальном центре уже было заявление Светланы с просьбой поместить детей в учреждение. Решение о продлении или прекращении опеки должно принимать ведомство, которое заключало договор с опекунами, а именно — Департамент труда и социальной защиты населения города Москвы. Мы только можем давать свои рекомендации ответственным за судьбы детей чиновникам. Именно с этой целью, а не с целью проведения психолого-педагогической экспертизы, подчеркиваю, собиралась комиссия. В свою очередь, я выступала и как правозащитник, и как наблюдатель.
Все знают, что накануне заседал консилиум в Департаменте соцзащиты, и было принято практически на сто процентов решение о возвращении детей в приемную семью. Мы не сами принимали решение об участии в работе комиссии, нас попросили в нее войти, наряду со специалистами и психологами из Совета по правам человека, аппарата омбудсмена Анны Кузнецовой и фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам».
Все это происходило совершенно открыто. Поэтому еще более нелепо выглядят предположения, что нас запугали, или хуже того — подкупили. Борьба с ювенальной юстицией требует от человека абсолютной чистоты, кристальной неподкупности и незамутненной любви к правде. На этом стоим и от этого не отступали. Именно поэтому мы сформировали для себя мнение, что детей лучше в семью не возвращать. То есть каждый сформулировал и высказал, а уже чиновники принимали решение.
Так вот, основываясь на своем опыте шестилетней борьбы, своем предыдущем опыте коммерческой деятельности, я не увидела в этой семье того образа женщины, отдавшей всю себя воспитанию сирот, который так блестяще сыграла в известном советском фильме «Хозяйка детского дома» актриса Наталья Гундарева. А именно этот образ сейчас настойчиво пытаются растиражировать в соцсетях и СМИ. В приемной семье Светланы и Михаила Дель я увидела бизнес, и только бизнес, и ничего личного.

REGNUM: Но позвольте, а как же фотографии счастливого семейства в соцсетях, рассказы соседей по телевидению о том, что семья благополучная?

Давайте не забывать, что бизнес — это не грязь и мухи в котлетах, на сегодняшний день это совершенно другая история. Современный бизнес должен выглядеть красиво и привлекательно, и не важно, что у вас на кухне месят ногами тесто гастарбайтеры, на витрине должны лежать аппетитные и свежие круассаны.
Тут уместно вспомнить о том, что супруги Дель занимаются сценариями и постановками рекламных роликов. Поэтому было бы странно не сформировать о себе положительные впечатления. Что же касается друзей и знакомых, которые свидетельствуют о том, что это любящая и добрая семья, что Михаил со Светланой взяли на воспитание больных детей по велению сердца, а не потому, что за таких детей государство платит больше всего, то здесь нужны пояснения. Все, кто мне по этому поводу звонил, а мне звонило огромное количество людей, даже из отдаленного монастыря, никто не говорил, что знает этих людей лично. Как правило, все говорят, что супругов Дель знают через кого-то. Что это значит — «через кого-то»? А то, что та самая «фейсбучно-инстаграммная тусовка» сформировала некий образ, который распространила через «френдов» и подписчиков. Отсюда человеку и кажется, что он хорошо знает семью лично. Помните анекдот, когда в российской глубинке корреспондент спрашивает у передовой доярки, куда бы она хотела поехать за границу, и она не раздумывая отвечает: «В Санту-Барбару». Он задает встречный вопрос: «Почему», — и слышит в ответ: «Потому что я там всех знаю». Понимаете? Я ни в коем случае не утверждаю, что супруги Дель непорядочные люди или в чем-то виноваты перед законом. Я лишь высказываю свое мнение, что увидела, просто бизнес, вот и все.
На мой взгляд, происходит следующее: в стране сформировано некое бизнес-сообщество, которое специализируется на профессиональном родительстве, на коммерческом воспитании. Соответственно, у них есть и собственная идеология, и собственная субкультура. Именно в эту субкультуру входит воспитание по методам Ненси Томас (псевдопсихолог, автор теории потери привязанности и основанного на ней метода лечения детей, бывший кинолог-дрессировщик — прим. ИА REGNUM), которая вдруг решила, что воспитание детей ничем не отличается от дрессировки собак, и начала активно пропагандировать свой метод, суть которого заключается в насильственных физических манипуляциях над ребенком. Это такие манипуляции, которые нормальным людям претят, можно сказать, что это своеобразный культ.
Из этого следует закономерный вывод о том, что борьба должна вестись именно вот с этим коммерческим усыновлением, с принципами коммерческого сообщества. Именно они составляют конечный рынок сирот, именно они формируют конечного потребителя. С этой целью и создана система ювенальной юстиции. Чтобы разорять кровные семьи и передавать детей специальным людям на очень хороших коммерческих основаниях. Мы пока не знаем, как устроена экономика таких предприятий, мы только видим цифры вознаграждений, которые они получают.

REGNUM: 627 тысяч оплата родителям, детские пенсионные, еще льготы на «коммуналку» и, возможно, другая помощь от города Москвы, например одежда, либо бытовая техника. Разве они окупают уход за таким количеством детей, к тому же часть из которых серьезно больны, а тем более приносят прибыль?
Бизнес бывает малым, а бывает крупным. В данном случае, это способ жить за счет государства. Мы не можем оправдывать моральными и физическими издержками любые виды доходов. Поэтому нельзя ограничиваться тем, что это тяжелый труд, и он заслуживает вознаграждения.
Представьте ситуацию с проживанием в Москве, например, где простому человеку, как говорится в известной шутке, квартиру можно снять только на фотоаппарат. У приезжих аренда жилья «съедает» значительную часть семейного бюджета. Имея возможность заключить договор с государством, вы берете на воспитание нескольких детей и вместе с ними получаете компенсацию на жилье от города Москвы. А если вы взяли не одного ребенка, а пять, то вы вдобавок к этому можете еще и не работать и вполне сносно жить.

REGNUM: Так вы противник платного родительства и поэтому рекомендовали чиновникам детей в семью не возвращать?

Я не могу давать рекомендации Департаменту соцзащиты, как им в данной ситуации поступать. Я правозащитник, мое дело заключалось в том, чтобы наблюдать за процессом и высказать свое мнение. Все, что происходило в семье, совершенно не выходит за рамки обыденности, и дело чиновников, ответственных за детей, решать, как поступить в данном случае. Другое дело, если подтвердятся факты нарушения режима и содержания больных детей. Бытовые проблемы и неурядицы не могут служить основанием для разрыва детско-родительских отношений, мы говорим об этом всегда.
А будь это кровная семья, так я вообще не имела бы сомнений на этот счет, потому что это дело родителей, как воспитывать своих детей. Но ситуация с опекунством принципиально другая. Детей чете Дель доверило государство, и они осознанно подписывались под выполнением всех пунктов договора в обмен на материальное вознаграждение.
Нужно увидеть и понять, что супруги Дель сейчас хотят «выехать» на вполне понятной жалости людей к детям. Но лозунг «Помогите вернуть детей Светланы Дель!», абсолютно ничем не отличается от лозунга «Нельзя бить детей!», когда речь идет о запрете телесных наказаний, от мема «Закон подлецов» от тех, кто требует отмены «закона Димы Яковлева», от истерии по поводу Матвейки — #не прощай Матвей. Те же лица, те же приемы. К сожалению, большинство люди сегодня отвыкло мыслить объемно.

REGNUM: Тем не менее были ли в действиях сотрудников органов опеки и попечительства и полиции Зеленограда нарушения, если да, то какие?
Безусловно. Ими была реализована одна из популярнейших схем, а именно изъятие детей по акту безнадзорности. Она пользуется такой популярностью, потому что под безнадзорностью понимается что угодно. На мои вопросы полицейские прямо заявили, что им все равно, что акт безнадзорности, что беспризорности, если с ребенком никого нет, и им кажется, что ребенку плохо, — то это безнадзорность.
Дословно говорили следующее: «Безнаднорный или беспризорный — это лицо, в отношении которого созданы условия, угрожающие его жизни и здоровью. Это такой вопиющий правовой нигилизм, правовая безграмотность, вполне характерная для наших чиновников. Достаточно молодые сотрудницы полиции понимают, что им все сойдет с рук, никто их никогда за это не наказывал, поэтому в происходящее особо не вникают. Вот эта схема и была реализована в отношении семьи Дель.
Тут еще, на мой взгляд, произошла стычка двух ведомств — МВД и соцзащиты. МВД маниакально борется с насилием в семье, разглядывая в лупу каждый синяк, а система соцзащиты уже не может контролировать взращенного собственноручно монстра — институт коммерческого родительства. Неувязочка вышла. В целом это, конечно, две головы одного дракона — ювенальной юстиции, но бывает, что и головы друг друга покусывают.
Что касается «опеки», то после изъятия детей из семьи для родителей начинаются хождения по бесчисленным инстанциям в попытках вернуть детей в семью. Все это может длиться годами, а в это время детей помещают в государственные учреждения, где на них также отпускается государственное финансирование, и, прошу отметить, ничуть не меньшее, чем для приемной семьи. В этом, в частности, явно просматривается интерес органов опеки и попечительства.

REGNUM: К защите семьи Дель присоединились такие видные оппозиционные издания, как радио «Эхо Москвы», «Новая газета», что возникает ощущение того, что ситуация из, пусть и массовой, но все же сугубо семейной, трансформируется в протест политический. Как, на Ваш взгляд, ситуация будет развиваться дальше?
Еще раз обращаю внимание на то, что при всей одиозности действий чиновников и полиции мы видим, что от действий органов власти страдают те, кто является порождением созданной на наших глазах системы. И те, кто сейчас активно защищает чету Дель, защищают не альтруистов, бескорыстно заботящихся о детях, а бизнес на детях. Эта кампания, которая направлена якобы на защиту Светланы Дель, создает сейчас стихийный протест. И этот протест будет направлен против действующей власти. Происходит то, о чем мы всегда предупреждали. А именно: всегда существует опасность, что социальный протест против ювенальной юстиции постараются направить в антигосударственное русло.
И мы видим, как частную ситуацию приемной семьи Дель оформляют в очередную претензию к властям. Не удивлюсь, если на намеченном на ближайшее время митинге либеральной оппозиции будет организована отдельная колонна с требованиями вернуть детей Светлане Дель. Идет очевидное переформатирование справедливого недовольства людей против конкретных чиновников, конкретных социальных язв. Мы видим, как его канализируют против действующей власти. Борьба с ювенальной юстицией — это защита государственного строя, лечение больного государственного организма. Попытка не дать разрушить основную ячейку государства — семью. Вот что это такое.

Как ранее сообщало ИА REGNUM, из патронатной семьи Михаила и Светланы Дель органы опеки и полиции изъяли 10 приемных детей с особенностями развития. Безапелляционные действия надзорных органов вызвали бурю негодования в соцсетях, к делу подключилась уполномоченный при президенте РФ по правам ребенка Анна Кузнецова. Для расследования такого резонансного инцидента была создана межведомственная комиссия, в которую также пригласили правозащитников и психологов из общественных родительских организаций и НКО. В ходе обследования жилищных условий и далее в ходе общения с приемными родителями и детьми стали известны нелицеприятные детали пребывания детей в семье Дель.

Источник публикации: https://regnum.ru/news/society/2234431.html


?

Log in

No account? Create an account